Русская Библiя
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Русская Библія
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Греческая Библія

Ἡ Παλαιὰ Διαθήκη
-
Ἡ Καινὴ Διαθήκη

Славянская Библія

Ветхій Завѣтъ
-
Новый Завѣтъ

Синодальный переводъ

Исторія перевода
-
Ветхій Завѣтъ
-
Новый Завѣтъ

Переводы съ Масоретскаго

митр. Филарета Дроздова
-
Росс. Библ. Общества
-
прот. Герасима Павскаго
-
архим. Макарія Глухарева
-
С.-Петербургской Д. А.
-
проф. И. П. Максимовича
-
проф. М. С. Гуляева
-
проф. А. А. Олесницкаго
-
Неизвѣстн. перевод.
-
В. Левисона - Д. Хвольсона
-
проф. П. Горскаго-Платонова
-
«Вадима» (В. И. Кельсіева)
-
проф. П. А. Юнгерова
-
Л. І. Мандельштама
-
О. Н. Штейнберга
-
А. Л. Блоштейна

Переводы съ Греческаго LXX

свящ. А. А. Сергіевскаго
-
архіеп. Агаѳангела Соловьева
-
еп. Порфирія Успенскаго
-
проф. П. А. Юнгерова

Переводы Новаго Завѣта

архіеп. Меѳодія Смирнова
-
Росс. Библ. Общества
-
В. А. Жуковскаго
-
К. П. Побѣдоносцева
-
А. С. Хомякова

Апокриѳы

Ветхозавѣтные
-
Новозавѣтные

Библейскія изслѣдованія

Святоотеческія толкованія
-
Изслѣдованія по библеистикѣ
-
Толковая Библія Лопухина
-
Библія и наука

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - суббота, 18 ноября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 16.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

ТОЛКОВАЯ БИБЛІЯ А. П. ЛОПУХИНА

Александръ Павловичъ Лопухинъ († 1904 г.)

Александръ Павловичъ Лопухинъ (1852–1904), русскій православный церковный писатель, переводчикъ, библеистъ. Родился въ семьѣ священника Саратовской губерніи. Окончилъ С.-Петербургскую Духовную Академію (1878), писать и печататься началъ еще въ студенческіе годы. Послѣ выпуска Лопухинъ, какъ хорошо знающій англійскій языкъ, былъ направленъ псаломщикомъ въ США (1879–82), гдѣ трудился при русской посольской церкви въ Нью-Йоркѣ. Вернувшись въ Россію, Лопухинъ занялъ каѳедру сравнительнаго богословія въ СПб.ДА (1883), а съ 1885 перешелъ на каѳедру древней исторіи, которую занималъ до конца своихъ дней. За сравнительно короткую жизнь Лопухинъ сдѣлалъ очень много для русскаго духовнаго просвѣщенія: былъ редакторомъ «Церковнаго вѣстника», «Странника», «Общедоступной богословской библіотеки» и «Симфоніи». По его иниціативѣ сталъ издаваться полный переводъ твореній свт. Іоанна Златоуста. Много статей написалъ Лопухинъ для «Православной богословской энциклопедіи», первые тома которой онъ редактировалъ. далѣе>>

ВЕТХІЙ ЗАВѢТЪ

ТОЛКОВАЯ БИБЛІЯ,
или комментарій на всѣ книги Священнаго Писанія Ветхаго и Новаго Завѣта.

Понятіе о Библіи.

Со словомъ «Библія» у насъ, соединяется представленіе объ одной большой книгѣ, заключающей въ себѣ все Священное Писаніе какъ Ветхаго, такъ и Новаго Завѣта. Но въ сущности это не одна книга, а цѣлый, строго опредѣленный Церковью, сборникъ священныхъ книгъ, написанныхъ въ разное время, въ разныхъ мѣстахъ и съ различными цѣлями, и принадлежащихъ или богодухновеннымъ (книги каноническія), или только богопросвѣщеннымъ мужамъ (книги неканоническія).

Такой составъ и происхожденіе Библіи открывается уже изъ исторіи самаго термина — «Библія». Онъ взятъ съ греческаго языка, отъ слова βίβλος, что значитъ «книга», и употребленъ во множественной формѣ τὰ βιβλία, отъ единств. уменьшительнаго — τὸ βιβλίον, означающаго «небольшую книгу», «книжечку». Слѣдовательно, τὰ βιβλία буквально означаетъ собой цѣлый рядъ или собраніе такихъ небольшихъ книгъ. Въ виду этого св. Іоаннъ Златоустъ толкуетъ это слово, какъ одно собирательное понятіе: «Библія, — говоритъ онъ, — это многія книги, которыя образуютъ одну единую».

Это коллективное обозначеніе Св. Писанія однимъ собирательнымъ именемъ несомнѣнно существовало уже и въ ветхозавѣтный періодъ. Такъ, въ своей подлинной греческой формѣ — τὰ βιβλία встрѣчается въ первой Маккавейской книгѣ (1 Мак. XII, 9), а соотвѣтствующій сему еврейскій переводъ данъ у пророка Даніила (Дан. IX, 2), гдѣ произведенія Св. Писанія обозначены терминомъ «Гассефаримъ» (הספרים), что значитъ «книги», точнѣе — извѣстныя опредѣленныя книги [1], такъ какъ сопровождаются опредѣленнымъ членомъ — «га» (ה).

Въ періодъ новозавѣтной исторіи, по крайней мѣрѣ на первыхъ его порахъ, мы еще не находимъ слова «Библія», но встрѣчаемъ цѣлый рядъ его синонимовъ, изъ которыхъ наиболѣе употребительны слѣдующіе: «Писаніе» (ἡ γραϕή — Лук. IV, 21; Іоан. XX, 9; Дѣян. VIII, 32; Гал. III, 22), «Писанія» (αἱ γραϕαί — Матѳ. XXI, 41; Лук. XXIV, 32; Іоан. V, 39; 2 Петр. III, 16), «Святыя Писанія» (γραϕαὶ ἁγίαι — Рим. I, 2), «Священныя Писанія» (τὰ ἱερὰ γράμματα — 2 Тим. III, 15).

Но уже у мужей апостольскихъ на ряду съ только-что перечисленными названіями Св. Писанія, начинаетъ встрѣчаться и термин τὰ βιβλία [2]. Однако въ всеобщее употребленіе онъ входитъ только со времени извѣстнаго собирателя и истолкователя Св. Писанія — Оригена (III в.) и — особенно — св. Iоанна Златоустаго (IV в.).

Отъ греческихъ авторовъ такое собирательное обозначеніе Св. Писанія перешло и къ латинскимъ писателямъ, при чемъ множественная форма средняго рода τὰ βιβλία окончательно получила здѣсь значеніе единственнаго числа женскаго рода biblia. Это послѣднее наименованіе, въ его латинской формѣ, перешло и къ намъ въ Россію, благодаря, вѣроятно, тому обстоятельству, что наши первые собиратели славянской Библіи стояли, между прочимъ, и подъ вліяніемъ латинской Вульгаты.

Главной чертой, отличающей св. писанія «Библіи» отъ всѣхъ другихъ литературныхъ произведеній, сообщающей имъ высшую силу и непререкаемый авторитетъ, служитъ ихъ богодухновенность. Подъ нею разумѣется то сверхъестественное, божественное озареніе, которое, не уничтожая и не подавляя естественныхъ силъ человѣка, возводило ихъ къ высшему совершенству, предохраняло отъ ошибокъ, сообщало откровенія, словомъ — руководило всѣмъ ходомъ ихъ работы, благодаря чему послѣдняя была не простымъ продуктомъ человѣка, а какъ бы произведеніемъ самого Бога. По свидѣтельству св. ап. Петра, «никогда пророчество не было произносимо по волѣ человѣческой, но изрекали его святые Божіи человѣки, будучи движимы Духомъ Святымъ» (2 Петр. I, 21). У ап. Павла встрѣчается даже и самое слово «богодухновенный» и именно въ приложеніи къ Св. Писанію, когда онъ говоритъ, что «все Писаніе богодухновенно» (ϑεόπνευστος: 2 Тим. III, 16). Все это прекрасно раскрыто и у оо. Церкви. Такъ, св. Іоаннъ Златоустъ говоритъ, что «всѣ Писанія написаны не рабами, а Господомъ всѣхъ — Богомъ»; а по словамъ св. Григорія Великаго «языкомъ святыхъ пророковъ и апостоловъ говоритъ намъ Господь».

Но эта «богодухновенность» св. писаній и ихъ авторовъ не простиралась до уничтоженія ихъ личныхъ, природныхъ особенностей: вотъ почему въ содержаніи св. книгъ, въ особенности въ ихъ изложеніи, стилѣ, языкѣ, характерѣ образовъ и выраженій мы наблюдаемъ значительныя различія между отдѣльными книгами Св. Писанія, зависящія отъ индивидуальныхъ, психологическихъ и своеобразныхъ литературныхъ особенностей ихъ авторовъ.

Другимъ весьма важнымъ признакомъ священныхъ книгъ Библіи, обусловливающимъ собой различную степень ихъ авторитетности, является каноническiй характеръ однѣхъ книгъ и неканоническій другихъ. Чтобы выяснить себѣ происхожденіе этого различія, необходимо коснуться самой исторіи образованія Библіи. Мы уже имѣли случай замѣтить, что въ составъ Библіи вошли священныя книги, написанныя въ различныя эпохи и разнообразными авторами. Къ этому нужно теперь добавить, что на ряду съ подлинными, богодухновенными книгами появились въ разныя эпохи и неподлинныя, или небогодухновенныя книги, которымъ, однако, ихъ авторы старались придать внѣшній видъ подлинныхъ и богодухновенныхъ. Особенно много подобныхъ сочиненій появилось въ первые вѣка христіанства, на почвѣ евіонитства и гностицизма, въ родѣ «первоевангелія Іакова», «евангелія Ѳомы», «апокалипсиса ап. Петра», «апокалипсиса Павла» и др. Необходимъ, слѣдовательно, былъ авторитетный голосъ, который ясно бы опредѣлялъ, какія изъ этихъ книгъ, дѣйствительно, истинны и богодухновенны, какія только назидательны и полезны (не будучи въ то же время богодухновенными) и какія прямо вредны и подложны. Такое руководство и дано было всѣмъ вѣрующимъ самой Христовой Церковью — этимъ столпомъ и утвержденіемъ истины — въ ея ученіи ο такъ называемомъ канонѣ.

Греческое слово «ϰανών», какъ и семитское «кане» (קנה) означаетъ первоначально «тростниковую палку», или, вообще, всякую «прямую палку», а отсюда, въ переносномъ смыслѣ — все то, что служитъ къ выпрямленію, исправленію другихъ вещей, напримѣръ «плотницкій отвѣсъ», или, такъ называемое, «правило». Въ болѣе отвлеченномъ смыслѣ, слово ϰανών получило значеніе «правила, нормы, образца», съ каковымъ значеніемъ оно встрѣчается, между прочимъ, и у ап. Павла: тѣмъ, которые поступаютъ по сему правилу (ϰανών), миръ имъ и милость, и Израилю Божію (Гал. VI, 16). Основываясъ на этомъ, терминъ ϰανών и образованнное отъ него прилагательное ϰανονιϰός довольно рано начали прилагать къ тѣмъ священнымъ книгамъ, въ которыхъ по согласному преданію Церкви видѣли выраженіе истиннаго правила вѣры, образца ея. Уже Ириней Ліонскій говоритъ, что мы имѣемъ «канонъ истины — слова Божіи». Α св. Аѳанасій Александрійскій опредѣляетъ «каноническія» книги, какъ такія, «которыя служатъ источникомъ спасенія, въ которыхъ однѣхъ предуказуется ученіе благочестія». Окончательное же различіе «каноническихъ» книгъ отъ «неканоническихъ» ведетъ свое начало со временъ св. Іоанна Златоуста, бл. Іеронима и Августина. Съ этого времени эпитетъ «каноническихъ» прилагается къ тѣмъ священнымъ книгамъ Библіи, которые признаны всею Церковью, въ качествѣ богодухновенныхъ, заключающихъ въ себѣ правила и образцы вѣры, — въ отличіе отъ книгъ «неканоническихъ», т. е. хотя назидательныхъ и полезныхъ, (за что онѣ и помѣщены въ Библіи), но не богодухновенныхъ, и «апокрифическихъ (απόϰρυϕος — скрытый, тайный), совершенно отвергнутыхъ Церковью и потому не вошедшихъ въ Библію. Такимъ образомъ, на признакъ «каноничности» извѣстныхъ книгъ мы должны смотрѣть какъ на голосъ церковнаго Св. Преданія, подтверждающій богодухновенное происхожденіе книгъ Св. Писанія. Слѣдовательно, и въ самой Библіи не всѣ ея книги имѣютъ одинаковое значеніе и авторитетъ: однѣ (каноническія книги) — богодухновенны, т. е. заключаютъ въ себѣ истинное слово Божіе, другія (неканоническія) — только назидательны и полезны, но нечужды личныхъ, не всегда безошибочныхъ мнѣній своихъ авторовъ. Это различіе необходимо всегда имѣть въ виду при чтеніи Библіи, для правильной оцѣнки и соотвѣтствующаго отношенія къ входящимъ въ составъ ея книгамъ [3].

Въ заключеніе необходимыхъ вводныхъ свѣдѣній ο Библіи намъ остается сказать нѣсколько словъ ο томъ языкѣ, на которомъ были написаны священныя библейскія книги, объ ихъ болѣе извѣстныхъ переводахъ и ο современномъ раздѣленіи ихъ на главы и стихи.

Всѣ каноническія книги Ветхаго Завѣта были написаны на еврейскомъ языкѣ, за исключеніемъ лишь нѣкоторыхъ, небольшихъ отдѣловъ, написанныхъ на халдейскомъ языкѣ (Іер. X, 11; Дан. II, 4 — VII, 28; 1 Ездр. IV, 8 — VI, 18; VII, 12-26). Неканоническія же книги, повидимому, были написаны на греческомъ языкѣ, хотя, основываясь на свидѣтельствѣ бл. Іеронима, нѣкоторые думаютъ, что кн. Товитъ и Іудиѳь были первоначально написаны по-халдейски.

Всѣ же книги Новаго Завѣта были написаны по-гречески, на такъ называемомъ александрійскомъ діалектѣ (вошедшемъ въ употребленіе съ эпохи Александра Македонскаго — ϰοινὴ διάλεϰτος), за исключеніемъ одного перваго Евангелія — отъ Матѳея, написаннаго на сиро-халдейскомъ нарѣчіи еврейскаго языка, на которомъ говорили современные Іисусу Христу іудеи.

Такъ какъ въ древне-еврейскомъ письмѣ употреблялись только одни согласные звуки, а необходимые гласные звуки передавались устно по преданію, то первоначальный ветхозавѣтный текстъ не имѣлъ гласныхъ. Онѣ, въ формѣ различныхъ подстрочныхъ знаковъ, были введены довольно поздно (приблизительно около IX-X в. нашей эры) учеными еврейскими раввинами-мазоретами (т. е. хранителями «преданія» — отъ евр. глагола «мазор», передавать). Вслѣдствіе этого современный еврейскій текстъ и называется мазоретскимъ.

Изъ различныхъ переводовъ Библіи заслуживаютъ упоминанія два авторитетнѣйшихъ и древнѣйшихъ — греческій LХХ и латинскій Вульгата и два позднѣйшихъ — славянскій и русскій, какъ наиболѣе къ намъ близкихъ.

Греческій переводъ былъ сдѣланъ для нуждъ александрійскихъ іудеевъ въ эпоху Птоломеевъ, т. е. не раньше половины III в. и не позже половины II. Онъ былъ выполненъ въ разное время и различными переводчиками, при чемъ главная его часть — Пятокнижіе является наиболѣе древней и авторитетной.

Латинскій переводъ или такъ называемая Вульгата (отъ ѵulgus — народъ) былъ сдѣланъ блаженнымъ Іеронимомъ, въ концѣ ІѴ-го вѣка, непосредственно съ еврейскаго текста, при руководствѣ и другихъ лучшихъ переводовъ. Онъ отличается тщательностью и полнотой.

Славянскій переводъ Библіи впервые былъ предпринятъ святыми первоучителями славянъ — братьями Кирилломъ и Меѳодіемъ, во второй половинѣ ІХ-го вѣка. Отсюда, черезъ посредство Болгаріи онъ перешелъ и къ намъ на Русь, гдѣ долгое время обращались лишь отдѣльныя, разрозненныя книги Библіи. Впервые полный рукописный списокъ Библіи былъ собранъ новгородскимъ архіепископомъ Геннадіемъ, по поводу его борьбы съ жидовствующими (1499 г.). Первая печатная славянская Библія была издана у насъ въ 1581 г. княземъ Константиномъ Константиновичемъ Острожскимъ. Въ основѣ нашей славянской Библіи лежитъ греч. переводъ LХХ. Русскій же синодальный переводъ Библіи сдѣланъ сравнительно совсѣмъ недавно, въ серединѣ прошлаго, XIX столѣтія, трудами митрополита московскаго Филарета и профессоровъ нашихъ духовныхъ академій. Въ основу его былъ положенъ еврейскій, мазоретскій текстъ, который въ потребныхъ случаяхъ сличался съ греческимъ и латинскимъ переводами. Законченъ онъ былъ въ 1876 г., когда появилась первая полная русская Библія.

Наконецъ, должно замѣтить, что въ древней Церкви не существовало нашего раздѣленія библейскихъ книгъ на главы и стихи: онѣ всѣ были написаны сплошнымъ, связнымъ текстомъ, расположеннымъ въ видѣ колоннъ (на подобіе стиховъ), и если дѣлились, то только на отдѣлы для богослужебнаго употребленія (λόγοι, ἐϰλογάδια, εὐαγγελιστάριον, προξαπόστολον). Современное дѣленіе на главы ведетъ свое начало отъ кардинала Стефана Лангтона, раздѣлившаго около 1205 г. Вульгату. Такое дѣленіе закончилъ и утвердилъ ученый доминиканецъ Гугъ-де-Сенъ-Ширъ, издавшій свою конкорданцію ок. 1240 г. Α въ половинѣ XVI в. ученый парижскій типографъ Робертъ Стефанъ ввелъ и современное дѣленіе главъ на стихи, сначала въ греко-латинское изданіе Новаго Завѣта (1551 г.), а затѣмъ и въ полное изданіе латинской Библіи (1555 г.), откуда оно постепенно перешло и во всѣ другіе тексты.

Основное содержаніе Библіи.

Основной, центральной идеей всѣхъ богодухновенныхъ, библейскихъ Писаній, идеей, вокругъ которой сосредоточиваются всѣ остальныя, которая сообщаетъ имъ значеніе и силу и внѣ которой было бы немыслимо единство и красота Библіи, является ученіе ο Мессіи, Іисусѣ Христѣ, Сынѣ Божіемъ. Какъ предметъ чаяній Ветхаго Завѣта, какъ альфа и омега всего Новаго Завѣта, Іисусъ Христосъ, по слову апостола, явился тѣмъ краеугольнымъ камнемъ, на основѣ котораго, при посредствѣ апостоловъ и пророковъ, было заложено и совершено зданіе нашего спасенія (Ефес. II, 20). Іисусъ Христосъ — предметъ обоихъ Завѣтовъ: Ветхаго — какъ Его ожиданіе, Новаго, — какъ исполненіе этого ожиданія, обоихъ же вмѣстѣ — какъ единая, внутренняя связь.

Это можетъ быть раскрыто и подтверждено въ цѣломъ рядѣ внѣшнихъ и внутреннихъ доказательствъ.

Къ доказательствамъ перваго рода, т. е. внѣшнимъ, принадлежатъ свидѣтельства нашего Господа ο самомъ Себѣ, свидѣтельства Его учениковъ, традиція іудейская и традиція христіанская.

Обличая невѣріе и жестокосердіе еврейскихъ книжниковъ и фарисеевъ, самъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ неоднократно ссылался на свидѣтельство ο немъ «закона и пророковъ», т. е. вообще ветхозавѣтныхъ св. писаній. Изслѣдуйте Писанія, ибо вы думаете черезъ нихъ имѣть жизнь вѣчную: а они свидѣтельствуютъ о Мнѣ (Іоан. V, 39); ибо если бы вы вѣрили Моисею, то повѣрили бы и Мнѣ, потому что онъ написалъ о Мнѣ (Ιοан. V, 46), — говорилъ, напримѣръ, Господь ослѣпленнымъ іудейскимъ законникамъ послѣ извѣстнаго чуда исцѣленія разслабленнаго при овчей купели. Еще яснѣе и подробнѣе раскрывалъ эту истину Господь Своимъ ученикамъ, явившись имъ по воскресеніи, какъ объ этомъ свидѣтельствуетъ евангелистъ Лука: и начавъ отъ Моисея, изъ всѣхъ пророковъ изъяснялъ имъ сказанное ο Немъ во всемъ Писанiи... И сказалъ имъ: вотъ то, ο чемъ Я говорилъ, еще бывъ съ вами, что надлежитъ исполниться всему, написанному ο Мнѣ въ законѣ Моисеевомъ и въ пророкахъ и псалмахъ (Лук. XXIV, 27 и 44). Кромѣ такого общаго заявленія, Господь указываетъ нерѣдко и частные случаи ветхозавѣтныхъ образовъ и пророчествъ, имѣвшихъ отношеніе къ Его жизни, ученію, крестнымъ страданіямъ и смерти. Такъ, напримѣръ, Онъ отмѣчаетъ прообразовательное значеніе мѣднаго змія, повѣшеннаго Моисеемъ въ пустынѣ (Іоан. III, 14), указываетъ на исполненіе пророчества Исаіи ο «лѣтѣ Господнемъ благопріятномъ» (Лук. IV. 17-21; ср. Ис. LXI, 1-2), говоритъ объ осуществленіи всѣхъ древнихъ пророчествъ, касавшихся Его искупительной жертвы (Матѳ. XXVI, 54 и Лук. XXII, 37) и даже на самомъ крестѣ, въ моментъ страданій, произноситъ Свое глубоко-трогательное и спокойно-величественное: совершилось (Іоан. XIX, 30), давая этимъ знать, что исполнилось все то, что, будучи предназначеннымъ отъ вѣка, «многочастно и многообразно было говорено черезъ пророковъ» (Евр. I, 1).

Подобно своему божественному Учителю, евангелисты и апостолы безпрестанно ссылаются на Библію, черпая полной рукой изъ богатства ея мессіанскихъ сокровищъ и устанавливая тѣмъ самымъ полную гармонію обоихъ Завѣтовъ, объединенныхъ вокругъ Лица Мессіи — Христа. Такъ, всѣ евангелисты — эти четыре независимыхъ другъ отъ друга жизнеписателя Іисуса Христа — настолько часто ссылаются на исполненіе ветхозавѣтныхъ пророчествъ, что выработали даже для этого спеціальныя формулы: а все это произошло, да сбудется реченное Господомъ черезъ пророка, или просто: тогда сбылось реченное черезъ пророка, да сбудется реченное черезъ пророковъ, или же еще: и сбылось слово Писанія, и цѣлый рядъ другихъ, аналогичныхъ выраженій.

Не менѣе часто ссылаются на ветхозавѣтное Писаніе и тѣмъ устанавливаютъ его тѣснѣйшую, внутреннюю связь съ новозавѣтнымъ и всѣ остальные новозавѣтные писатели, начиная съ кн. Дѣяній и кончая Апокалипсисомъ. Не имѣя возможности исчерпать здѣсь всего обилія такихъ опредѣленныхъ и ясныхъ ссылокъ, укажемъ для примѣра лишь нѣкоторыя изъ нихъ, наиболѣе характеристичныя: таковы, напримѣръ, двѣ рѣчи апостола Петра — одна послѣ сошествія Святаго Духа, другая послѣ исцѣленія хромого, о которыхъ повѣствуется во второй и третьей главахъ кн. Дѣяній и которыя полны ветхозавѣтными цитатами (Іоиль — Дѣян. II, 16-21; Давидъ — II, 25-28, 34-35; Моисей — III, 22-23); въ особенности замѣчательно заключеніе послѣдней рѣчи: и всѣ пророки, начиная отъ Самуила и послѣ него, также предвозвѣстили эти дни (Дѣян. III, 24). Не менѣе важна въ этомъ отношеніи и рѣчь архидіакона Стефана, дающая въ сжатомъ очеркѣ всю ветхозавѣтную исторію приготовленія евреевъ къ принятію Мессіи-Христа (Дѣян. VII, 2-56). Въ той же книгѣ Дѣяній заключено великое множество и другихъ подобныхъ же свидѣтельствъ: и мы благовѣствуемъ вамъ то, что Богъ обѣщалъ отцамъ нашимъ и что исполнилъ намъ, дѣтямъ ихъ, воздвигши Іисуса (Дѣян. XIII, 32). Мы проповѣдуемъ вамъ, — говорили апостолы, — свидѣтельствуя малому и великому, ничего не говоря, кромѣ того, ο чемъ предвозвѣщали пророки и Моисей (Дѣян. XXVI, 22). Словомъ, все ученіе апостоловъ ο новозавѣтномъ царствѣ Божіемъ сводилось главнымъ образомъ къ тому, что они увѣряли ο Христѣ отъ закона Моисеева и пророковъ (Дѣян. ХХѴIII, 23).

Изъ множества новозавѣтныхъ ссылокъ, устанавливающихъ связь съ ветхозавѣтными событіями и пророчествами, заключающихся въ посланіяхъ свв. апостоловъ, приведемъ нѣсколько примѣровъ лишь изъ посланій ап. Павла, того самаго Павла, который, въ качествѣ Савла, былъ самъ раньше фарисеемъ, ревнителемъ отеческихъ преданій и глубокимъ знатокомъ ветхозавѣтнаго закона. И вотъ этотъ-то св. апостолъ говоритъ, что конецъ закона — Христосъ (Рим. X, 4), что законъ былъ для насъ дѣтоводителемъ (παιδάγογος) ко Христу (Гал. III, 24), что вѣрующіе наздани бывше на основанiи апостолъ и пророкъ, сущу краеугольну самому Іисусу Христу (Ефес. II, 20), что всѣ ветхозавѣтные прообразы писана быша въ наученіе наше (1 Кор. X, 11), что весь Ветхій Завѣтъ со всѣми его религіозными церемоніями и культомъ былъ лишь сѣнь грядущихъ, тѣло же Христово (Кол. II, 17), сѣнь бο имый законъ грядущихъ благъ, а не самый образъ вещей (Евр. X, 1) и что, наконецъ, въ основѣ всей исторіи домостроительства нашего спасенія лежитъ Іисусъ Христосъ, вчера, и днесь, Той же и во вѣки (Евр. XIII, 8).

Если отъ священныхъ книгъ Новаго Завѣта мы перейдемъ къ древне-іудейскимъ толкованіямъ Писанія, къ Таргумамъ, Талмуду, Мидрашѣ и сочиненіямъ первыхъ раввиновъ, до ХII в. включительно, то увидимъ, что постоянной и неизмѣнной обще-іудейской традиціей толкованія Библіи было стремленіе всюду искать и находить указанія на Мессію и Его время. Такое увлеченіе иногда доходило даже до крайности, какъ это можно видѣть изъ слѣдующаго раввинскаго изреченія: «пророки исключительно проповѣдывали ο радости дней Мессіи» (забывалась идея страждущаго Мессіи-Искупителя); но оно глубоко вѣрно понимало ту истину, что, дѣйствительно, въ основѣ всего Писанія лежитъ идея Мессіи-Христа. «Нельзя желать прилагать все непосредственно къ Мессіи, — говоритъ бл. Августинъ, — но мѣста, которыя не относятся къ Нему прямо, служатъ основаніемъ для тѣхъ, которые Его возвѣщаютъ. Какъ въ лирѣ всѣ струны звучатъ сообразно ихъ природѣ и однако дерево, на которомъ онѣ натянуты, сообщаетъ имъ свой особый колоритъ звука, такъ и Ветхій Завѣтъ: онъ звучитъ, какъ гармоничная лира объ имени и ο царствѣ Іисуса Христа» [4].

Приведенное тонкое сравненіе бл. Августина прекрасно характеризуетъ святоотеческій взглядъ на соотношеніе Ветхаго и Новаго Завѣта. Свидѣтельства объ ихъ тѣсной, неразрывной связи, основанной на Лицѣ Мессіи-Христа, идутъ непрерывнымъ рядомъ съ самыхъ же первыхъ вѣковъ христіанства: объ этомъ писалъ ап. Варнава въ своемъ «Посланіи», св. Іустинъ Философъ въ «Разговорѣ съ Трифономъ іудеяниномъ», Тертулліанъ въ сочиненіи «Противъ іудеевъ», св. Ириней Ліонскій въ сочиненіи «Противъ ересей», апологеты Аристидъ, Аѳинагоръ и др. Въ особенности обстоятельно и глубоко раскрывали эту связь писатели александрійской школы, а изъ среды ихъ выдѣлялся Оригенъ, который, напримѣръ, говорилъ, что «изреченія Писанія суть одежды Слова... что въ Писаніяхъ всегда Слово (Λόγος — Сынъ Божій) было плотью, чтобы жить среди насъ». Изъ послѣдующихъ оо. эти мысли, подробно развивали въ своихъ замѣчательныхъ комментаріяхъ свв. Iоаннъ Златоустъ, Василій Великій, Ефремъ Сиринъ, бл. Іеронимъ, бл. Августинъ и св. Амвросій Медіоланскій. Послѣдній, напримѣръ, писалъ: «чаша премудрости въ вашихъ рукахъ. Эта чаша двойная — Ветхій и Новый Завѣтъ. Пейте ихъ, потому что въ обоихъ вы пьете Христа. Пейте Христа, потому что Онъ — источникъ жизни» [5].

Переходя теперь ко внутреннимъ доказательствамъ, т. е. къ самому содержанію священныхъ книгъ, мы окончательно убѣждаемся, что Господь нашъ Іисусъ Христосъ составляетъ главный пунктъ и центральную идею всей Библіи. Эта великая книга, составленная столь многочисленными и разнообразными авторами, раздѣленными между собой весьма значительными періодами времени, стоявшими подъ вліяніемъ самыхъ различныхъ цивилизацій, представляетъ въ то же время замѣчательное единство и удивительную цѣльность, благодаря, главнымъ образомъ, постепенному развитію въ ней одной и той же мессіанской идеи. «Новый Завѣтъ въ Ветхомъ скрывается, Ветхій — въ Новомъ открывается», — говорили средневѣковые богословы, основываясь на словахъ бл. Августина [6].

Что Іисусъ Христосъ и Его дѣло составляетъ единственную тему всѣхъ новозавѣтныхъ Писаній, это ясно само по себѣ и не требуетъ доказательствъ. Но что вся новозавѣтная исторія основывается на ветхозавѣтной, это, быть можетъ, не такъ очевидно. И, однако, это столь же несомнѣнно, для доказательства чего достаточно сослаться лишь на двѣ евангельскихъ генеалогіи Христа, въ которыхъ дано сокращеніе всей ветхозавѣтной исторіи въ ея отношеніи къ личности обѣтованнаго Мессіи-Христа (Матѳ. I, 1-16 и Лук. III, 23-38).

Но мы можемъ послѣдовательно прослѣдить развитіе мессіанской идеи и въ книгахъ Ветхаго Завѣта. Обѣтованіе Избавителя, данное падшимъ прародителямъ еще въ раю, вотъ первое звено той непрерывной цѣпи ветхозавѣтныхъ мессіанскихъ пророчествъ, которыя начались Адамомъ и кончились Захаріей, отцомъ Іоанна Крестителя. Поэтому-то оно и называется «первоевангеліемъ» (Быт. III, 15). Съ эпохи Ноя это обѣтованіе опредѣляется нѣсколько ближе и точнѣе: сѣменемъ жены называются лишь дѣти Сима, къ которымъ и пріурочивается исторія искупленія (Быт. IX, 26). Этотъ кругъ еще больше сужается съ эпохи Авраама, отца богоизбраннаго еврейскаго народа, въ Сѣмени котораго (т. е. въ Іисусѣ Христѣ, по толкованію ап. Павла — Гал. III, 16) возвѣщается спасеніе и всѣхъ остальныхъ націй (Быт. XII, 3; ХѴIII, 18). Впослѣдствіи и изъ потомства Авраамова выдѣлена была раса Іакова (Быт. XXVII, 27), позднѣе самъ Іаковъ, въ духѣ пророческаго прозрѣнія, даетъ особое благословеніе своему сыну Іудѣ (Быт. ХLIХ, 8 и слѣд.). И чѣмъ дальше шло время, тѣмъ ближе и частнѣе опредѣлялись различныя черты мессіанскаго служенія: такъ, пр. Валаамъ говоритъ объ Его царственной власти (Числ. XXIV, 17), Моисей — ο троякомъ Его служеніи: царскомъ, первосвященническомъ и пророческомъ (Втор. ХѴIII, 18-19), ο происхожденіи Мессіи изъ царскаго рода Давидова (2 Цар. VII, 12-14), ο рοжденіи Его въ Виѳлеемѣ (Мих. V, 2) и отъ Дѣвы матери (Ис. VII, 14), о торжественномъ входѣ Его въ храмъ Іерусалимскій (Мал. III, 1), о разныхъ, даже мелкихъ обстоятельствахъ Его крестныхъ страданій и смерти (Ис. LIII гл.; Псал. XXI, 17-19; XXXIX, 7-9; ХL, 9-10; LХѴIII, 22; Зах. XI, 12 и др.), объ Его славномъ воскресеніи (Ис. LIII, 9-21; Псал. XV, 10; XIX, 6-7; XL, 11; LХѴІІ, 2 и др.), ο наступленіи Его благодатнаго царства (Псал. XXI, 28-32; ХLIѴ, 7. 14-17; LХХІ, 7-19; Іоил. II, 28; Ис. II гл., Ис. XXXV, 1-2. 10; LХІ, 1-2) и Его грознаго второго пришествія (Дан. VII, 25 и XII, 7; Зах. XIV, 2-3, 9 и др.). Можно положительно сказать, что нѣтъ ни одной важной черты изъ эпохи и жизни Мессіи, которая не была бы тѣмъ или инымъ путемъ предуказана въ Ветхомъ Завѣтѣ, или въ формѣ яснаго пророчества, или подъ покровомъ символовъ и прообразовъ; а пр. Исаія получилъ даже наименованіе «ветхозавѣтнаго евангелиста», за поразительную точность и полноту своихъ пророчественныхъ предъизображеній жизни Господа Іисуса Христа.

Не менѣе ясно это единство мессіанской идеи сквозитъ и въ общемъ планѣ Библіи. По своему характеру и содержанію всѣ ветхозавѣтныя книги могутъ быть раздѣлены на три главныхъ группы: книги законоположительно-историческія, книги пророческія и книги поэтическо-назидательныя. Первый классъ излагаетъ исторію теократіи, т. е. правленія Іеговы надъ Израилемъ. Но съ какой цѣлью Господь употребляетъ столь различные методы воспитанія Своего народа? Завѣтъ на Синаѣ, Моисеево законодательство, бѣдствія пустыни, завоеваніе земли обѣтованной, побѣды и пораженія, отчужденіе отъ другихъ народовъ, наконецъ, тягость вавилонскаго плѣна и радость возвращенія изъ него — все это имѣло очевидной своей цѣлью сформировать еврейскую націю въ извѣстномъ духѣ, въ духѣ сохраненія и распространенія мессіанской идеи. Еще очевиднѣе этотъ мотивъ въ пророческихъ книгахъ, гдѣ, то черезъ угрозы, то черезъ обѣщанія наградъ, народъ еврейскій постоянно поддерживался на извѣстной нравственной высотѣ и приготовлялся въ духѣ чистой вѣры и правой жизни, въ виду грядущаго Мессіи. Что касается, наконецъ, до книгъ послѣдней группы — поэтическо-назидательныхъ, то однѣ изъ нихъ, какъ, напр., Псалмы, были прямо мессіанскими молитвами еврейской націи; другія, какъ Пѣснь пѣсней, подъ формой аллегоріи изображали союзъ Израиля со Христомъ; третьи, какъ кн. Премудрости, Екклезіастъ и др. раскрывали различныя черты Божественной Премудрости, лучи того Божественнаго Слова (Λόγος), которыя сіяли среди мрака язычества и въ до-христіанскомъ мірѣ.

Такимъ образомъ, съ полнымъ убѣжденіемъ можно сказать, что главнымъ и основнымъ предметомъ Библіи, начиная съ первыхъ главъ книги Бытія (III, 15) и кончая послѣдними главами Апокалипсиса (XXI, 6. 21 и XXII, 20), служитъ Богочеловѣкъ, Господь нашъ Іисусъ Христосъ.

Примѣчанія:
[1] Небезынтересно здѣсь отмѣтить, что оба эти термина — еврейск. «сефер» и греч. βίβλος — по своему филологическому анализу даютъ намъ представленіе о томъ матеріалѣ, который въ древности употреблялся для письма и на которомъ, слѣдовательно, были написаны подлинники и древнѣйшіе списки священныхъ книгъ. Такъ, еврейскія книги, очевидно, писались преимущественно на пергаментѣ, т. е. очищенной и выглаженной кожѣ, ибо слово «сефер» происходитъ отъ евр. глагола «сафар», означающаго «сбривать», «очищать кожу отъ волосъ». Греческіе же авторы, вѣроятно, предпочтительно писали на «папирусѣ», т. е. на спеціально обработанныхъ листьяхъ особаго египетскаго растенія; слово βίβλος или βύβλος первоначально значитъ «папирусъ», а отсюда — «папирусный свитокъ или книга».
[2] См. напр., въ греческомъ текстѣ посланія Климента Рим. къ Коринѳянамъ (I гл. 43 с).
[3] Различеніе библейскихъ книгъ на «каноническія» и «неканоническія» касается только ветхозавѣтныхъ книгъ, такъ какъ новозавѣтныя, входящія въ составъ Библіи, признаются каноническими всѣ. Составъ «ветхозавѣтнаго канона» хотя въ общемъ устанавливается довольно согласно, но разнообразится въ самомъ количествѣ книгъ; это происходитъ потому, что евреи, желая подогнать количество своихъ книгъ къ 22 буквамъ своего алфавита, дѣлали искусственныя соединенія нѣсколькихъ книгъ въ одну, напр. соединяли книги Судей и Руѳь, первую и вторую, третью и четвертую кн. Царствъ и даже въ одну книгу собрали всѣхъ 12 малыхъ пророковъ. Православная Церковь насчитываетъ 38 каноническихъ книгъ Ветхаго Завѣта, а именно: 1) Бытіе, 2) Исходъ, 3) Левитъ, 4) Числа, 5) Второзаконіе, 6) книга Іисуса Навина, 7) Судей, 8) Руѳь, 9) 1-я кн. Царствъ, 10) 2-я кн. Царствъ, 11) 3-я кн. Царствъ, 12) 4-я кн. Царствъ, 13) 1-я кн. Паралипоменонъ, 14) 2-я кн. Паралипоменонъ, 15) книга Ездры, 16) книга Нееміи (2-я Ездры), 17) Есѳирь, 18) Іова, 19) Псалтирь, 20) Притчи Соломона, 21) Екклезіастъ его же, 22) Пѣснь пѣсней его же, 23) кн. пр. Исаіи, 24) Іереміи съ Плачемъ, 25) Іезекіиля, 26) Даніила и двѣнадцати малыхъ пророковъ: 27) Осіи, 28) Іоиля, 29) Амоса, 30) Авдія, 31) Іоны, 32) Михея, 33) Наума, 34) Аввакума, 35) Софоніи, 36) Аггея, 37) Захаріи и 38) Малахіи. Остальныя 9 книгъ, помѣщенныхъ въ славянской и русской Библіи, считаются неканоническими, а именно: 1) Товитъ, 2) Іудиѳь, 3) Премудрость Соломона, 4) Премудрость Іисуса сына Сирахова, 5-6) 2-я и 3-я кн. Ездры и 7-9) три книги Маккавейскія. Кромѣ того, неканоническими признаются также и слѣдующіе отдѣлы въ вышеуказанныхъ каноническихъ книгахъ: молитва царя Манассіи, въ концѣ 2-й кн. Паралипоменонъ, части кн. Есѳирь, не помѣченныя стихами, послѣдній Псаломъ (послѣ 150), пѣснь трехъ отроковъ въ кн. пр. Даніила, исторія Сусанны въ 13-й и Вила и дракона въ 14-й главѣ той же книги. Изъ новозавѣтныхъ же всѣ 27 кн. и въ полномъ ихъ объемѣ признаются каноническими.
[4] Le Hir, «Les trois grands Profets, Isaie, Ieremie, Ezéchiel», Paris 1877, p. 14.
[5] Ambrosius, In Psalm. I, 33.
[6] «Νονum Теstamentum in Vetere lаtеt, Ѵеtus Теstamentum in Novo раtеt». Ср. бл. Августинъ, Вопросъ 73 на Исходъ.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0