Русская Библiя
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Русская Библія
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Греческая Библія

Ἡ Παλαιὰ Διαθήκη
-
Ἡ Καινὴ Διαθήκη

Славянская Библія

Ветхій Завѣтъ
-
Новый Завѣтъ

Синодальный переводъ

Исторія перевода
-
Ветхій Завѣтъ
-
Новый Завѣтъ

Переводы съ Масоретскаго

митр. Филарета Дроздова
-
Росс. Библ. Общества
-
прот. Герасима Павскаго
-
архим. Макарія Глухарева
-
С.-Петербургской Д. А.
-
проф. И. П. Максимовича
-
проф. М. С. Гуляева
-
проф. А. А. Олесницкаго
-
Неизвѣстн. перевод.
-
В. Левисона - Д. Хвольсона
-
проф. П. Горскаго-Платонова
-
«Вадима» (В. И. Кельсіева)
-
проф. П. А. Юнгерова
-
Л. І. Мандельштама
-
О. Н. Штейнберга
-
А. Л. Блоштейна

Переводы съ Греческаго LXX

свящ. А. А. Сергіевскаго
-
архіеп. Агаѳангела Соловьева
-
еп. Порфирія Успенскаго
-
проф. П. А. Юнгерова

Переводы Новаго Завѣта

архіеп. Меѳодія Смирнова
-
Росс. Библ. Общества
-
В. А. Жуковскаго
-
К. П. Побѣдоносцева
-
А. С. Хомякова

Апокриѳы

Ветхозавѣтные
-
Новозавѣтные

Библейскія изслѣдованія

Святоотеческія толкованія
-
Изслѣдованія по библеистикѣ
-
Толковая Библія Лопухина
-
Библія и наука

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - суббота, 16 декабря 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 7.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

ТОЛКОВАЯ БИБЛІЯ А. П. ЛОПУХИНА

Александръ Павловичъ Лопухинъ († 1904 г.)

Александръ Павловичъ Лопухинъ (1852–1904), русскій православный церковный писатель, переводчикъ, библеистъ. Родился въ семьѣ священника Саратовской губерніи. Окончилъ С.-Петербургскую Духовную Академію (1878), писать и печататься началъ еще въ студенческіе годы. Послѣ выпуска Лопухинъ, какъ хорошо знающій англійскій языкъ, былъ направленъ псаломщикомъ въ США (1879–82), гдѣ трудился при русской посольской церкви въ Нью-Йоркѣ. Вернувшись въ Россію, Лопухинъ занялъ каѳедру сравнительнаго богословія въ СПб.ДА (1883), а съ 1885 перешелъ на каѳедру древней исторіи, которую занималъ до конца своихъ дней. За сравнительно короткую жизнь Лопухинъ сдѣлалъ очень много для русскаго духовнаго просвѣщенія: былъ редакторомъ «Церковнаго вѣстника», «Странника», «Общедоступной богословской библіотеки» и «Симфоніи». По его иниціативѣ сталъ издаваться полный переводъ твореній свт. Іоанна Златоуста. Много статей написалъ Лопухинъ для «Православной богословской энциклопедіи», первые тома которой онъ редактировалъ. далѣе>>

ВЕТХІЙ ЗАВѢТЪ

ТОЛКОВАЯ БИБЛІЯ,
или комментарій на всѣ книги Священнаго Писанія Ветхаго и Новаго Завѣта.

Книга Екклесіаста.

Глава 1-я.

1. Слова Екклесіаста, сына Давидова, царя въ Іерусалимѣ.

2. Суета суетъ, сказалъ Екклесіастъ, суета суетъ, — все суета!

3. Что пользы человѣку отъ всѣхъ трудовъ eгo, которыми трудится онъ подъ солнцемъ?

4. Родъ проходитъ, и родъ приходитъ, а земля пребываетъ во-вѣки.

5. Восходитъ солнце, и заходитъ солнце, и спѣшитъ къ мѣсту своему, гдѣ оно восходитъ.

6. Идетъ вѣтеръ къ югу, и переходитъ къ сѣверу, кpyжитcя, кружится на ходу своемъ, и возвращается вѣтеръ на круги свои.

7. Всѣ рѣки текутъ въ море, но море не переполняется: къ тому мѣсту, откуда рѣки текутъ, онѣ возвращаются, чтобы опять течь.

8. Всѣ вещи — въ трудѣ: не можетъ человѣкъ пересказать всего; ненасытится око зрѣніемъ, ненаполнится ухо слушаніемъ.

9. Что было, то и будетъ; и что дѣлалось, то и будетъ дѣлаться, — и нѣтъ ничего новаго подъ солнцемъ.

10. Бываетъ нѣчтo, о чемъ говорятъ: «смотри, вотъ это нoвoe»; но это было уже въ вѣкaxъ, бывшихъ прежде насъ.

11. Нѣтъ памяти о прежнемъ; да и о тoмъ, что будетъ, не останется памяти у тѣхъ, которые будутъ послѣ.

12. Я, Екклесіастъ, былъ царемъ надъ Израилемъ въ Іерусалимѣ;

13. и предалъ я сердце мое тому, чтобъ изслѣдовать и испытать мудростью все, что дѣлается подъ небомъ: это тяжелое занятіе далъ Богъ сынамъ человѣческимъ, чтобы они упражнялись въ немъ.

14. Видѣлъ я всѣ дѣла, какія дѣлаются подъ солнцемъ, и вотъ, все — суета и томленіе духа!

15. Кривое не можетъ сдѣлаться прямымъ, и чего нѣтъ, того нельзя считать.

16. Говорилъ я съ сердцемъ моимъ такъ: вотъ я возвеличился и пріобрѣлъ мудрости больше всѣхъ, которые были прежде меня надъ Іерусалимомъ, и сердце мое видѣло много мудрости и знанія.

17. И предалъ я сердце мое тому, чтобы познать мудрость и познать безуміе и глупость; узналъ что и это — томленіе духа;

18. потому что во многой мудрости много печали; и кто умножаетъ познанія — умножаетъ скорбь.


І.
2-3. Основная мысль книги. 4-11. Круговращеніе міровыхъ стихій. 12-15. Личный опытъ Екклезіаста. 16-18. Суетность мудрости.

1. Сравнивая надписаніе книги Притчей и книги Екклезіаста, нѣкоторые толкователи не безъ основанія находятъ въ послѣдней признаки несоломоновскаго происхожденія. Не совсѣмъ понятно, почему Соломонъ не названъ здѣсь своимъ собственнымъ именемъ, какъ это въ книгѣ Притчей, если бы дѣйствительно онъ былъ писателемъ книги Екклезіаста. Не выступаетъ ли здѣсь историческій Соломонъ простымъ символомъ, какъ и самое имя Когелетъ? Мало понятно также выраженіе царя въ Іерусалимѣ. Въ историческихъ книгахъ Соломонъ называется обыкновенно царемъ израильскимъ (напр. 4 Цар. XXІІІ, 13, 3 Цар. ІV, 1 и др.), но никогда просто царемъ въ Іepyсaлимѣ. Послѣднее выраженіе указываетъ повидимому на то время, когда Израиль пересталъ составлять самостоятельное царство и не имѣлъ уже своего царя въ Іерусалимѣ.

2. Суета суетъ. Евр. hebel отъ халдейскаго habal — дымиться, испаряться значитъ: дымъ, паръ, дыханіе, въ переносномъ смыслѣ: ничтожество, безполезная вещь, тлѣнность, суетность. Этимъ именемъ называются языческіе боги (Втор. XXXІІ, 21; Іер. XІV, 22), какъ не приносящіе никакой пользы человѣку (Іер. XVI, 19), всякая безполезная вещь, тщетное, напрасное дѣйствіе (Ис. XXX, 7; XLІX, 4), фантастическія мысли (Псал. ХСІІІ, 11), безрадостная, скорбная жизнь (Іов. VІІ, 16). Выраженіе «суета суетъ» указываетъ на высшую степень ничтожности, безполезности. Ничтожнымъ по Екклезіасту является все. Но въ 3 и слѣд. стихахъ это «все» ограничивается существующимъ и происходящимъ «подъ солнцемъ», т. е. въ предѣлахъ земного, конечнаго бытія. Да и въ этомъ случаѣ понятіе суетности у Екклезіаста нуждается въ нѣкоторомъ ограниченіи. Всѣ вещи и явленія по планамъ провидѣнія имѣютъ свои цѣли, осуществляя которые онѣ не могутъ быть признаны безполезными, ничтожными (ср. ІІІ, 11: все содѣлалъ Онъ прекраснымъ въ свое время). Ничтожными онѣ являются въ сознаніи Екклезіаста лишь въ отношеніи къ той цѣли человѣческихъ стремленій, которая заключается въ достиженіи совершеннаго, абсолютнаго счастья — Іthron. По отношенію къ этой цѣли все въ мірѣ ничтожно, безполезно, тщетно. Ничто не въ состояніи дать человѣку непреходящаго счастья.

3. Что пользы человѣку. Евр. слово Іthron въ Библіи ни paзу ни встрѣчается. По мнѣнію ебраистовъ оно значитъ: остающееся, непреходящее. Блаж. Іеронимъ вопросъ 3 стиха передаетъ словами: quіd superest, т. e. Что остается? Григорій Нисскій выражаетъ его еще яснѣе: «какое изъ видимыхъ благъ пребываетъ всегда тѣмъ же?» Словомъ Іthron такимъ образомъ обозначается счастье постоянное, устойчивое, вѣчное — въ отличіе отъ счастья временнаго, скоропреходящаго, призрачнаго. Свой вопросъ, приводятъ ли къ какому либо прочному счастью всѣ усилія людей, Екклезіастъ оставляетъ здѣсь безъ отвѣта. Но этотъ отвѣтъ былъ уже данъ самымъ рѣшительнымъ образомъ во второмъ стихѣ, въ признаніи суетности всего.

4. Невозможность прочнаго человѣческаго счастья выражается уже въ неустойчивости и постоянной смѣнѣ человѣческихъ поколѣній при неизмѣнности и прочности неодушевленной природы. «Что суетнѣе той суеты, говоритъ Блаж. Іеронимъ, что земля, созданная для людей, пребываетъ, а самъ человѣкъ, господинъ земли, мгновенно распадается въ прахъ»?

5. Но и въ жизни природы, такъ же какъ въ жизни человѣчества, происходитъ постоянная смѣняемостъ. И здѣсь все движется, все течетъ, но только не впередъ, а вокругъ, слѣдовательно всегда по одному и тому же пути, вѣчно по одному и тому же шаблону. Таково прежде всего движеніе солнца. Спѣшитъ къ мѣсту своему, точнѣе съ еврейскаго: «задыхаясь спѣшитъ къ мѣсту своему». Выраженіе указываетъ на утомленіе отъ вѣчно однообразнаго движенія.

6. Повидимому самая свободная изъ стихій — воздухъ въ дѣйствительности вѣчно повторяетъ одно и то же движеніе, движеніе по одной и той же окружности. Слѣдуетъ замѣтить, что однообразіе въ движеніи вѣтра было особенно замѣтно для жителя Палестины. Тамъ съ осенняго равноденствія до ноября господствуетъ сѣверозападный вѣтеръ; сь ноября до февраля — западный и югозападный вѣтры, съ февраля до іюня — восточный, съ іюля сѣверный въ перемежку съ другими.

7. Постоянному и однообразному движенію подвержены и рѣки, причемъ это движеніе не производитъ никакихъ чрезвычайныхъ перемѣнъ въ мірѣ. Сколько бы ни текли рѣки въ море, море никогда не переполнится и не зальетъ собою земли. Къ тому мѣсту, откуда рѣки текутъ, онѣ возвращаются, чтобы опять течь. Этотъ переводъ не точенъ, хотя и удачно выражаетъ мысль о круговращеніи. שֶׁ значитъ «гдѣ», а не: «откуда». Точно также שַׁם значитъ: «тамъ», «туда», а не: «оттуда». Правильный переводъ этого мѣста долженъ быть, таковъ: «къ тому мѣсту, куда рѣки текутъ, туда онѣ всегда опять текутъ». Св. писатель говоритъ лишь о теченіи рѣкъ всегда по одному и тому же направленію, а не о круговомъ движеніи водной стихіи, хотя и въ то время уже знали, что вода, испаряясь и образуя облака, снова падаетъ на землю (Іов. XXXVІ, 27 и д.).

8. Всѣ вещи въ трудѣ. Евр. dabar имѣетъ два значенія: вещь и слово. То и другое значеніе встрѣчается и въ книгѣ Екклезіаста. Это даетъ основаніе многимъ переводчикамъ и толкователямъ начало восьмого стиха переводить: всѣ слова слабы, безсильны (передать однообразное движеніе вещей). Такъ передаетъ греческій и славянскій переводъ. Трудно сдѣлать выборъ изъ этихъ двухъ пониманій, такъ какъ оба они вполнѣ отвѣчаютъ контексту. Постоянное, однообразное движеніе вещей столь велико, что могло бы дать безконечный матеріалъ для человѣческой способности говорить, видѣть и слышать.

9. Постоянное, однообразное движеніе вещей въ одномъ и томъ же направленіи, движеніе по своей окружности, конечно не можетъ произвести ничего новаго. Результаты его всегда одни и тѣже.

10. Если иногда и думаютъ, что произошло нѣчто новое, сдѣланъ шагъ впередъ, то на самомъ дѣлѣ и здѣсь мы имѣемъ дѣло съ повтореніемъ стараго.

11. Ошибка въ этомъ случаѣ происходитъ отъ недостатка исторической памяти, оттого, что о прежнихъ поколѣніяхъ забываютъ послѣдующія. Вмѣсто о прежнемъ и о томъ, что будетъ, слѣдуетъ переводитъ «о прежнихъ» и «о позднѣйшихъ», такъ какъ множественное число мужскаго рода въ евр. подлинникѣ указываетъ очевидно на людей.

12. Безцѣльное круговращеніе міровыхъ стихій само по себѣ не доказываетъ еще, что невозможно высшее счастье для человѣка. Человѣческая жизнь сложнѣе, чѣмъ жизнь природы, идетъ своимъ самостоятельнымъ путемъ и потому можетъ быть таитъ въ себѣ особые задатки для удовлетворенія человѣческаго стремленія къ вѣчному счастью. Поэтому писатель считаетъ нужнымъ отъ наблюденія надъ внѣшней природой обратиться къ психологическому опыту. Соломонъ, въ которомъ съ мудростью соединялись повидимому всѣ дары счастья, болѣе всѣхъ другихъ имѣлъ основаніе отвѣтить на вопросъ о возможности личнаго счастья; въ его богатомъ жизненномъ опытѣ произведена оцѣнка всѣмъ благамъ съ точки зрѣнія совершеннаго счастья, фактически провѣрено то, что писатель книги рѣшаетъ теоретически. Понятно, насколько полезно было ему воспользоваться опытомъ Соломона. Однако пройдя чрезъ богопросвѣщенное сознаніе священнаго писателя, этотъ опытъ долженъ былъ получить нѣкоторыя новыя черты, несвойственныя исторической личности Соломона; онъ естественно долженъ былъ получить характеръ философскихъ исканій, философскихъ экспериментовъ: если историческій Соломонъ въ поискахъ счастья поступалъ по влеченію сердца, по естественной страсти, подобно прочимъ людямъ, то идеальный Соломонъ — Екклезіасть руководился въ этомъ случаѣ идеальными мотивами, «мудростью» (ст. 13; ІІ, 3), желаніемъ на опытѣ изслѣдовать величайшій для человѣчества вопросъ: что хорошо для сыновъ человѣческихъ, и что должны были бы они дѣлать подъ небомъ во дни своей суетной жизни.

13. Цѣль опыта Екклезіаста заключалась въ изслѣдованіи всего, что дѣлается подъ небомъ, съ точки зрѣнія вопроса о счастьи. Первымъ результатомъ, къ которому пришелъ Екклесіастъ въ своихъ изслѣдованіяхъ, было сознаніе, что уже самое стремленіе людей познать и оцѣнить дѣла человѣческія, составляетъ тяжелое, мучительное занятіе, которое, будучи вложено самимъ Богомъ въ природу человѣка, какъ бы противъ его воли овладѣваетъ имъ. Нѣкоторые толкователи выраженіе «тяжелое занятіе» относятъ не къ изслѣдованію дѣлъ человѣческихъ, а къ самымъ дѣламъ. Но едва ли оно соотвѣтствуетъ выраженію: «все, что дѣлается подъ небомъ». Тяжелымъ, мучительнымъ занятіемъ изслѣдованіе дѣлъ человѣческихъ является вслѣдствіе крайней неутѣшительности его результатовъ.

14. Выводъ, къ которому пришелъ Екклезіастъ въ своихъ изслѣдованіяхъ, былъ тотъ, что все суета и томленіе духа. Къ своему излюбленному выраженію hebel Екклезіастъ присоединяетъ новое — reuth ruaсh. Это выраженіе переводится различно. Одни (пер. халдейскій, сирскій, вульгата), производя встрѣчающееся лишь у Екклезіаста слово reuth отъ raah — бушевать, разламывать, переводятъ: волненіе, томленіе духа (какъ русскій). Другіе (Акила, Ѳеодотіонъ и Симмахъ), производя отъ raah — пасти, переводятъ: пасеніе вѣтра. Третьи, производя отъ того же глагола съ значеніемъ домогаться, переводятъ: стремленіе вѣтра, затѣя вѣтряная (LXX — προαίρεσις πνεύμαῖος) или погоня за вѣтромъ. Послѣднія два пониманія болѣе соотвѣтствуютъ контексту и имѣютъ весьма близкое параллельное мѣсто въ книгѣ пр. Осіи XІІ, 1, въ словахъ: Ефремъ пасетъ вѣтеръ (raah ruaсh) и гоняется за восточнымъ вѣтромъ. Назвавъ всѣ дѣла человѣческія пасеніемъ вѣтра или погоней за вѣтромъ, Екклезіастъ указываетъ на ничтожность, призрачность ихъ результатовъ въ смыслѣ достиженія прочнаго счастья.

15. Въ этомъ стихѣ объясняется причина безрезультатности человѣческой дѣятельности. Послѣдняя не въ состояніи измѣнить существующій порядокъ, исправить всѣ недостатки и несовершенства во внѣшней природѣ и въ природѣ человѣка, пересоздать ту и другую.

16. Если всѣ дѣла и стремленія человѣческія ничтожны и безрезультатны, какъ дымъ, какъ погоня за вѣтромъ, вслѣдствіе неустранимыхъ недостатковъ и несовершенствъ міра, то само собою понятно, что изслѣдованіе ихъ мудростью и самая мудрость не могутъ дать нравственнаго удовлетворенія человѣку. Подъ выраженіемъ больше всѣхъ, которые были прежде меня надъ Іерусалимомъ нѣкоторые толкователи разумѣютъ не царей, такъ какъ до Соломона былъ лишь одинъ царь въ Іерусалимѣ — Давидъ, а вообще израильтянъ. Однако предлогъ «надъ» (аl) заключаетъ въ себѣ понятіе господства и можетъ указывать, слѣдовательно, лишь на царей іерусалимскіхъ. Екклезіастъ приписываетъ себѣ обладаніе мудростью, какъ религіознымъ и нравственно-практическимъ познаніемъ, и вообще знаніемъ, какъ теоретическимъ, научнымъ постиженіемъ вещей.

17-18. Екклезіастъ на собственномъ опытѣ убѣдился, что пріобрѣтеніе мудрости и знанія оказалось такой же суетой, такой же погоней за вѣтромъ, какъ и все въ человѣческой жизни. Оно не только не доставило ему счастья, но напротивъ увеличило его страданія, показавъ всю призрачность человѣческихъ надеждъ, всю безрезультатность человѣческихъ стремленій, обнаживъ ничтожество всего земного.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0