Русская Библiя
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Русская Библія
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Греческая Библія

Ἡ Παλαιὰ Διαθήκη
-
Ἡ Καινὴ Διαθήκη

Славянская Библія

Ветхій Завѣтъ
-
Новый Завѣтъ

Синодальный переводъ

Исторія перевода
-
Ветхій Завѣтъ
-
Новый Завѣтъ

Переводы съ Масоретскаго

митр. Филарета Дроздова
-
Росс. Библ. Общества
-
прот. Герасима Павскаго
-
архим. Макарія Глухарева
-
С.-Петербургской Д. А.
-
проф. И. П. Максимовича
-
проф. М. С. Гуляева
-
проф. А. А. Олесницкаго
-
Неизвѣстн. перевод.
-
В. Левисона - Д. Хвольсона
-
проф. П. Горскаго-Платонова
-
«Вадима» (В. И. Кельсіева)
-
проф. П. А. Юнгерова
-
Л. І. Мандельштама
-
О. Н. Штейнберга
-
А. Л. Блоштейна

Переводы съ Греческаго LXX

свящ. А. А. Сергіевскаго
-
архіеп. Агаѳангела Соловьева
-
еп. Порфирія Успенскаго
-
проф. П. А. Юнгерова

Переводы Новаго Завѣта

архіеп. Меѳодія Смирнова
-
Росс. Библ. Общества
-
В. А. Жуковскаго
-
К. П. Побѣдоносцева
-
А. С. Хомякова

Апокриѳы

Ветхозавѣтные
-
Новозавѣтные

Библейскія изслѣдованія

Святоотеческія толкованія
-
Изслѣдованія по библеистикѣ
-
Толковая Библія Лопухина
-
Библія и наука

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - среда, 23 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 8.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

ТОЛКОВАЯ БИБЛІЯ А. П. ЛОПУХИНА

Александръ Павловичъ Лопухинъ († 1904 г.)

Александръ Павловичъ Лопухинъ (1852–1904), русскій православный церковный писатель, переводчикъ, библеистъ. Родился въ семьѣ священника Саратовской губерніи. Окончилъ С.-Петербургскую Духовную Академію (1878), писать и печататься началъ еще въ студенческіе годы. Послѣ выпуска Лопухинъ, какъ хорошо знающій англійскій языкъ, былъ направленъ псаломщикомъ въ США (1879–82), гдѣ трудился при русской посольской церкви въ Нью-Йоркѣ. Вернувшись въ Россію, Лопухинъ занялъ каѳедру сравнительнаго богословія въ СПб.ДА (1883), а съ 1885 перешелъ на каѳедру древней исторіи, которую занималъ до конца своихъ дней. За сравнительно короткую жизнь Лопухинъ сдѣлалъ очень много для русскаго духовнаго просвѣщенія: былъ редакторомъ «Церковнаго вѣстника», «Странника», «Общедоступной богословской библіотеки» и «Симфоніи». По его иниціативѣ сталъ издаваться полный переводъ твореній свт. Іоанна Златоуста. Много статей написалъ Лопухинъ для «Православной богословской энциклопедіи», первые тома которой онъ редактировалъ. далѣе>>

НОВЫЙ ЗАВѢТЪ

ТОЛКОВАЯ БИБЛІЯ,
или комментарій на всѣ книги Священнаго Писанія Ветхаго и Новаго Завѣта.

Первое Соборное посланіе святаго Апостола Іоанна Богослова.

Глава 4-я.

1. Возлюбленные! не всякому духу вѣрьте, но испытывайте духовъ, отъ Бога ли они, потому что много лжепророковъ появилось въ мірѣ.

2. Духа Божія (и духа заблужденія) узнавайте такъ: всякій духъ, который исповѣдуетъ Іисуса Христа, пришедшаго во плоти, есть отъ Бога.

3. А всякій духъ, который не исповѣдуетъ Іисуса Христа, пришедшаго во плоти, не есть отъ Бога, но это духъ антихриста о которомъ вы слышали, что онъ придетъ и теперь есть уже въ мірѣ.

4. Дѣти! вы отъ Бога, и побѣдили ихъ; ибо Тотъ, Кто въ васъ, больше того, кто въ мірѣ.

5. Они отъ міра потому и говорятъ по-мірски, и міръ слушаетъ ихъ.

6. Мы отъ Бога: знающій Бога слушаетъ насъ; кто не отъ Бога, тотъ не слушаетъ насъ. По сему-то узнаёмъ духа истины и духа заблужденія.

7. Возлюбленные! будемъ любить другъ друга, потому что любовь отъ Бога, и всякій любящій рожденъ отъ Бога и знаетъ Бога;

8. кто не любитъ, тотъ не позналъ Бога, потому что Богъ есть любовь.

9. Любовь Божія къ намъ открылась въ томъ, что Богъ послалъ въ міръ Единороднаго Сына Своего, чтобы мы получили жизнь чрезъ Него.

10. Въ томъ любовь, что не мы возлюбили Бога, но Онъ возлюбилъ насъ и послалъ Сына Своего въ умилостивленіе за грѣхи наши.

11. Возлюбленные! если такъ возлюбилъ насъ Богъ, то и мы должны любить другъ друга.

12. Бога никто никогда не виделъ. Если мы любимъ другъ друга, то Богъ въ насъ пребываетъ, и любовь Его совершенна есть въ насъ.

13. Что мы пребываемъ въ Немъ и Онъ въ насъ, узнаёмъ изъ того, что Онъ далъ намъ отъ Духа Своего.

14. И мы видѣли и свидѣтельствуемъ, что Отецъ послалъ Сына Спасителемъ міру.

15. Кто исповѣдуетъ, что Іисусъ есть Сынъ Божій, въ томъ пребываетъ Богъ, и онъ въ Богѣ.

16. И мы познали любовь, которую имѣетъ къ намъ Богъ, и увѣровали въ нее. Богъ есть любовь, и пребывающій въ любви пребываетъ въ Богѣ, и Богъ въ немъ.

17. Любовь до того совершенства достигаетъ въ насъ, что мы имѣемъ дерзновеніе въ день суда, потому что поступаемъ въ мірѣ семъ, какъ Онъ.

18. Въ любви нѣтъ страха, но совершенная любовь изгоняетъ страхъ, потому что въ страхѣ есть мученье. Боящійся не совершенъ въ любви.

19. Будемъ любить Его, потому что Онъ прежде возлюбилъ насъ.

20. Кто говоритъ: я люблю Бога, а брата своего ненавидитъ, тотъ лжецъ; ибо не любящій брата своего, котораго видитъ, какъ можетъ любить Бога, Котораго не видитъ?

21. И мы имѣемъ отъ Него такую заповѣдь, чтобы любящій Бога любилъ и брата своего.


IV.
Отличительные признаки Духа отъ Бога и духа антихриста (1-6). Любовь Божія и любовь къ Богу (7-10). Любовь къ ближнимъ (11-12). Обязанность христіанъ любить Бога и братьевъ и исповѣдать, что Іисусъ есть Сынъ Божій (13-16). Совершенство христіанской любви въ дерзновеніи въ день Суда (17-18). Неразрывная связь между любовью къ Богу и любовью къ ближнимъ (19-21).

1. Упомянувъ (въ III, 24) о благодатныхъ дарованіяхъ Святого Духа, присущихъ христіанамъ, Апостолъ теперь считаетъ необходимымъ предостеречь читателей отъ возможной опасности со стороны злоупотребляющихъ упомянутыми дарованіями. Въ первенствующей Церкви было обиліе духовныхъ дарованій, подаваемыхъ Духомъ Святымъ на пользу Церкви (1 Кор. VII, 7-11): учительство, пророчество, чудесныя исцѣленія, глоссолалія и др. были проявленіями Божественнаго Духа въ вѣрующихъ. Но рядомъ и по подобію съ истиннымъ вдохновеніемъ отъ Духа Святого, съ истинными учителями и чудотворцами, выступило ложное вдохновеніе отъ духа тьмы — діавола, явились ложные учители, одушевляемые духомъ антихристіанскимъ, которые легко могли прельщать и увлекать за собою нетвердыхъ членовъ христіанской общины. Посему отъ такихъ «духовъ» или «лжепророковъ» и предостерегаетъ христіанъ Ап. Іоаннъ — «присовокупляетъ признакъ для различія истинныхъ братьевъ и ближнихъ, дабы мы, имѣя въ виду это различіе, по поводу заповѣди о любви не вошли въ близкія отношенія съ лжебратьями, лжеапостолами и лжепророками и тѣмъ не причинили себѣ великаго вреда. Ибо, имѣя общеніе съ ними, какъ единоправными, мы, во-первыхъ, повредимъ сами себѣ, безъ опасенія сообщая ученіе вѣры нечестивымъ и повергая святыню псамъ, потомъ повредимъ тѣмъ, которые преданы намъ. Ибо любовь наша къ лжебратіямъ, лжепророкамъ и лжеапостоламъ многихъ расположитъ принимать ихъ за учителей и безъ осторожности вѣрить ихъ ученію, при чемъ они вдадутся въ обманъ изъ-за нашего обращенія съ ними» (бл. Ѳеофилактъ).

2-3. Рѣшительнымъ признакомъ истиннаго пророка или учителя христіанскаго Апостолъ выставляетъ исповѣданіе имъ явленія Бога во плоти въ лицѣ Господа Іисуса Христа: это основной догматъ христіанства, въ прологѣ Евангелія Іоанна выраженный въ словахъ: Слово плоть бысть (Іоан. I, 14). Напротивъ, отвергающій эту основную истину Боговоплощенія тѣмъ самымъ показываетъ, что онъ не отъ Бога, а отъ діавола и антихриста: таковы были, напримѣръ, докеты, о которыхъ упоминаетъ св. Ириней Ліонскій, а также, вѣроятно, и другіе подобные лжеучители такого же антихристіанскаго духа. Антихристъ въ строгомъ и тѣсномъ смыслѣ слова еще не пришелъ, но духъ антихриста уже во многихъ лжеучителяхъ дѣйствуетъ. «Апостолъ говоритъ, что антихристъ уже въ мірѣ, разумѣется, не самолично, а въ лицѣ лжепророковъ, лжеапостоловъ и еретиковъ, предваряющихъ и приготовляющихъ его пришествіе» (бл. Ѳеофилактъ). Точнѣе и ближе опредѣлить лжеученіе обличаемыхъ затруднительно, но во всякомъ случаѣ это — не гностическія еретическія ученія II вѣка, а неразвившіяся еще въ систему лжеученія I вѣка.

4-6. Въ утѣшеніе и подкрѣпленіе вѣрующихъ Апостолъ возвѣщаетъ имъ, что побѣда истиннаго ученія евангельскаго надъ лжеученіемъ несомнѣнна (ср. ниже V, 4), такъ какъ Духъ Божій или Духъ Христовъ, обитающій въ вѣрныхъ, безмѣрно больше того духа воли, который дѣйствуетъ въ боговраждебномъ мірѣ вообще, въ особенности же въ лжеучителяхъ. Это апостольское утѣшеніе вѣрующимъ вполнѣ соотвѣтствуетъ изреченію Самого Господа къ ученикамъ въ Его прощальной бесѣдѣ: «дерзайте, ибо Я побѣдилъ міръ» (Іоан. XVI, 33), и подобно этому обѣтованію Господа, сильно было внести полное ободреніе въ сердца христіанъ. Но пастырская любовь и попеченіе Апостола обращаетъ и на другую сторону дѣла. Апостолъ «даетъ имъ еще другой признакъ для узнанія лжепророковъ, въ томъ, что немало печалило простецовъ изъ самыхъ вѣрныхъ. Нѣкоторые изъ нихъ естественно могли скорбѣть, видя, что тѣхъ многіе принимаютъ весьма усердно, а ихъ презираютъ. Апостолъ и говоритъ: не скорбите, если многіе васъ презираютъ, а ихъ принимаютъ, ибо подобное стремится къ подобному. Они отъ міра и говорятъ мірское, т. е., учатъ плотскимъ пожеланіямъ, почему и слушателей имѣютъ такихъ же, т. е. развратные развратныхъ. А мы, будучи отъ Бога и удалившись отъ мірскихъ похотей, становимся для нихъ непріятными. Насъ же слушаетъ тотъ, кто живетъ цѣломудренно и посему знаетъ Бога и готовъ слушать насъ» (бл. Ѳеофилактъ). Въ послѣднихъ словахъ ст. 6 Апостолъ, суммируя все сказанное о различеній духовъ, «какъ бы прилагаетъ печать къ сказанному» (бл. Ѳеофилактъ).

7-10. Раскрывъ ученіе объ истинномъ исповѣданіи вѣры въ воплотившагося Сына Божія и указавъ источникъ этого исповѣданія въ Богѣ (ст. 2) въ противоположность лжеученію лжепророковъ и антихристовъ, Апостолъ теперь показываетъ, что и вторая половина Божественной «заповѣди» (II, 23) — любовь къ ближнимъ, способность любить ихъ происходитъ также отъ Бога. Уясняя понятіе любви, Апостолъ ставитъ ее въ связь съ знаніемъ: подобно тому, какъ познаніе чего-либо предполагаетъ нѣкоторое родство познающаго съ познаваемымъ, и чѣмъ выше въ насъ расположеніе и интересъ къ предмету познанія, почему еще древніе говорили, что подобное познается подобнымъ, — такъ подобное явленіе имѣетъ мѣсто и въ религіозной жизни, и въ религіозномъ познаніи. Здѣсь, гдѣ только имѣетъ мѣсто истинная любовь, тамъ она образуетъ нѣчто пришедшее къ людямъ отъ Бога; кто любитъ, тому Богъ открылся, слѣдовательно, онъ знаетъ Бога; рожденный отъ Бога (II, 29; III, 9) и будучи чадомъ Бога (III, 1); любящій знаетъ Бога не только вѣрою, но и непосредственнымъ внутреннимъ чувствомъ. Напротивъ, не любящій ближняго, тѣмъ болѣе враждующій съ нимъ (III, 15), какъ человѣкъ душевный и не понимающій того, что происходитъ отъ Духа Божія (1 Кор. II, 14), неизбѣжно чуждъ правильнаго познанія о Богѣ — потому что Богъ есть любовь ὁ Θεὸς ἀγάπη ἐστίν (ст. 8). Это — безъ сомнѣнія, самое полное и самое глубокое опредѣленіе нравственной природы Бога, и богословіе никогда не могло создать болѣе высокаго и болѣе отвѣчающаго христіанскому понятію о нравственномъ существѣ Бога опредѣленія, какъ это опредѣленіе Апостола любви. Св. Григорій Богословъ говоритъ: «Если бы у насъ кто спросилъ: что мы чествуемъ и чему поклоняемся? Отвѣтъ готовъ: мы чтимъ любовь. Ибо, по изреченію Святаго Духа, Богъ нашъ любы есть, и наименованіе это благоугоднѣе Богу всякаго другого имени» (Сл. XXIII).

Но возвѣщая ученіе о Богѣ, какъ о любви, Апостолъ имѣетъ дѣло не съ отвлеченною доктриною, а съ дѣйствительнымъ событіемъ величайшей всемірно-исторической важности: съ неизмѣримымъ въ своемъ значеніи событіемъ посольства Богомъ въ міръ Единороднаго Сына Своего и принесенными Имъ на землю неоцѣненными благами жизни вѣчной (ст. 9). Въ этомъ именно открылась недомыслимая Любовь Божія къ міру и человѣчеству (ст. 9; ср. III, 16), и особенное величіе этой любви видно изъ того, что она дарована была грѣшнымъ людямъ безъ всякой съ ихъ стороны заслуги, напротивъ, при наличности тяжкой и многоразличной виновности ихъ предъ Богомъ (ст. 10; см. Рим. V, 8; VIII, 32). Такимъ образомъ источникъ любви заключается не въ человѣкѣ, а въ Богѣ.

«Какъ благостію называется потому, что по благости создалъ міръ мысленный и чувственный, такъ, изъ любви къ намъ пославъ Единороднаго Сына Своего въ міръ, показалъ черезъ сіе, что Онъ есть и любовь» (бл. Ѳеофилактъ).

11-12. Если такимъ образомъ любовь по своему существу происходитъ отъ Бога и, слѣдовательно, наша любовь есть пламя отъ Божественнаго пламени; если черезъ любовь Божію изъ враговъ сдѣлались дѣтьми Божіими, то любить нашихъ ближнихъ, даже нашихъ враговъ (ср. Матѳ. XVIII, 33), — нашъ святѣйшій долгъ (ст. 11). Кромѣ того, если любовь по сущности своей отъ Бога, то наша любовь къ ближнимъ замѣняетъ намъ недостатокъ непосредственнаго созерцанія Бога. Богъ совершенно недоступенъ чувственному созерцанію, и никто никогда не видѣлъ Бога (ст. 12, сл. Іоан. I, 18; VI, 46) въ Его существѣ (см. 1 Тим. VI, 16), лишь въ будущей жизни праведники «узрятъ Его, якоже есть» (1 Іоан. III, 2; Матѳ. V, 8). Но если любить Бога для насъ первѣйшій долгъ, то возможное наше съ Нимъ общеніе совершеннѣйшимъ образомъ отражается въ нашей любви къ ближнимъ: любовь къ братьямъ показываетъ, что Богъ пребываетъ въ насъ, и любовь Божія во всей ея полнотѣ и совершенствѣ имѣетъ въ насъ свое обитаніе (ст. 12).

13-14. Благодатное тѣснѣйшее общеніе христіанъ съ Богомъ, составляющее цѣль человѣческой жизни, есть дѣйствительный фактъ, удостовѣряемый непосредственнымъ христіанскимъ сознаніемъ: христіанинъ внутренно убѣжденъ въ дѣйствительности обладанія имъ дарованіями Святаго Духа (ст. 13). Но корень и этого благодатнаго общенія нашего съ Богомъ и любви нашей къ ближнимъ заключается въ событіи посланія Богомъ Сына Своего на спасеніе міра (ст. 14, см. ст. 9), что Апостолъ отъ себя и другихъ самовидцевъ Слова воплощеннаго и свидѣтельствуетъ (ср. I, 1-2). Бл. Ѳеофилактъ даетъ такой перифразъ и такое толкованіе словъ Апостола въ ст. 11-14: «Говоря о любви къ братьямъ, Апостолъ въ примѣръ любви указалъ Бога, Который по любви къ намъ предалъ Единороднаго Сына Своего на смерть. Иной, выслушавъ сіе, могъ спросить: на какомъ же основаніи говоришь ты о предметахъ невидимыхъ? Въ отвѣтъ на такой вопросъ онъ говоритъ: я и самъ говорю то же, что Бога никто никогда не видалъ, но изъ любви другъ къ другу мы знаемъ, что Богъ есть въ насъ. И говоритъ это справедливо, потому что многіе невидимые для насъ предметы мы познаемъ изъ ихъ дѣйствій. Напримѣръ, души никто не видалъ, но изъ дѣйствій и движеній мы убѣждаемся, что она въ насъ есть и дѣйствуетъ. Такъ и любовь Божію къ намъ мы узнаемъ черезъ нѣкоторое движеніе и дѣйствіе... И сей божественный мужъ прилично отъ дѣйствія доказыветъ, что Богъ есть въ насъ. Какое же это дѣйствіе? Чистая любовь къ ближнимъ нашимъ. Она есть признакъ нашего пребыванія въ Немъ и Его въ насъ и потому еще, что Онъ далъ намъ отъ Духа Своего. Ибо чистый рождаетъ чистое и непорочное. И какъ чрезъ чистую любовь мы имѣемъ общеніе съ Нимъ, то отсюда мы, видѣвшіе Его по плоти, познали и свидѣтельствуемъ, что Отецъ послалъ Его, Спасителя міру». И такъ, мы и сами видѣли, и отъ Единороднаго, Сущаго въ нѣдрѣ Отчемъ (Іоан. I, 18), слышали, и изъ дѣйствія — взаимной любви познаемъ, что Богъ въ насъ, и далъ намъ Духа Своего, и мы въ общеніи съ Нимъ».

15-16. Неразрывная связь исповѣданія вѣры во Христа и любви къ ближнимъ, о чемъ уже ранѣе говорилъ Апостолъ (III, 23), утверждается теперь съ особою силою, поскольку самое общеніе наше съ Богомъ поставляется въ причинную зависимость отъ исповѣданія Божества Іисуса Христа и Его спасительнаго дѣла (ст. 15), при чемъ, конечно, необходимо предполагаются сопутствующія вѣрѣ дѣла любви (ср. ст. 12). Ст. 16 суммируетъ содержаніе предыдущихъ стиховъ со ст. 7-8, при чемъ повторяется и основное положеніе всей рѣчи Апостола: «Богъ есть любовь» (ср. ст. 8). Подводя итогъ сказанному о существѣ и происхожденіи любви христіанской, Апостолъ вмѣстѣ съ тѣмъ даетъ здѣсь точку опоры для дальнѣйшаго раскрытія истинной сущности любви.

17-18. Апостолъ уясняетъ вопросъ: въ чемъ состоитъ высшая степень совершенства любви, соединяющей вѣрующихъ съ Богомъ, и рѣшаетъ этотъ вопросъ въ томъ смыслѣ, что рѣшительнымъ признакомъ совершенства любви является готовность вѣрующихъ и любящихъ безбоязненно предстать въ день суда предъ страшнымъ судищемъ Христовымъ, — совершенная любовь имѣетъ дерзновеніе, παρρησίαν, (ср. II, 28; III, 21; V, 14), т. е. увѣренность и мужество быть оправданною на судѣ Христовомъ. Для этого необходимо однако, чтобы «мы поступали въ мірѣ семъ, какъ Онъ» (ст. 17). «Какъ Онъ въ мірѣ былъ непороченъ и чистъ... — такъ и мы будемъ въ Богѣ, и Богъ въ насъ. Если Онъ есть учитель и податель нашей чистоты, то мы должны носить Его въ мірѣ чисто и непорочно... Если будемъ такъ жить, то будемъ имѣть дерзновеніе предъ Нимъ и будемъ свободны отъ всякаго страха» (бл. Ѳеофилактъ). Если отличительный признакъ совершенной любви составляетъ дерзновеніе, то противоположное дерзновенію чувство страха не должно имѣть мѣста не только въ самой любви, но и въ той области, въ которой она дѣйствуетъ: «въ любви нѣтъ страха, но совершенная любовь изгоняетъ страхъ», — разумѣется страхъ рабскій, возбуждаемый ожиданіемъ наказанія и потому заключающій въ себѣ мученіе; и «боящійся несовершенъ въ любви» (ст. 18). «Основываясь на словахъ Давида: «бойтесь Господа, всѣ святые Его»... (Псал. XXXIII, 30), иные спросятъ: какъ теперь Іоаннъ говоритъ, что совершенная любовь изгоняетъ страхъ? Неужели святые Божіи такъ несовершенны въ любви, что имъ заповѣдуется бояться? Отвѣчаемъ. Страхъ двоякаго рода. Одинъ — предначинательный, къ которому примѣшивается мученіе. Человѣкъ, совершившій худыя дѣла, приступаетъ къ Богу съ боязнію, и приступаетъ для того, чтобы не быть наказаннымъ. Это — страхъ предначинательный. Другой страхъ совершенный. Этотъ страхъ свободенъ отъ такой боязни, почему и называется чистымъ и пребывающимъ въ вѣкъ вѣка (Псал. XVIII, 10). Что же это за страхъ и почему онъ совершенный? Потому, что имѣющій его совершенно восхищенъ любовію и всячески старается о томъ, чтобы у него ничего не доставало такого, что сильно любящій долженъ сдѣлать для любимаго» (бл. Ѳеофилактъ).

19-21. Устранивъ несовершенство любви въ видѣ страха (ст. 18), Апостолъ переходитъ къ заключенію своей рѣчи о любви къ Богу и ближнимъ во взаимныхъ отношеніяхъ этихъ двухъ сторонъ любви, съ указаніемъ необходимости обоснованія любви къ ближнимъ на любви къ Богу. Первымъ предметомъ любви христіанина долженъ быть Богъ (ст. 19), Тотъ, Кто Своею любовію, проявленною прежде, чѣмъ мы узнали Его, и даже тогда, когда мы еще были враждебны Ему (ст. 9-10), возжегъ въ душѣ нашей пламень истинной любви. Но любовь къ Богу, если она дѣйствительно существуетъ, должна отражаться въ дѣйствіяхъ человѣка и главнымъ образомъ — въ его любви къ ближнему; недостатокъ, а тѣмъ болѣе полное отсутствіе любви къ ближнимъ говоритъ непремѣнно и о недостаткѣ любви къ Богу, о любви лишь мнимой, — такъ что любовію къ ближнимъ можетъ быть измѣряема наша любовь къ Богу (ст. 20). «Любовь очевидно образуется чрезъ обращеніе другъ съ другомъ; обращеніе же предполагаетъ, что человѣкъ видитъ своего брата и по обращенію съ Нимъ еще болѣе привязывается къ Нему любовію, ибо видѣніе весьма много привлекаетъ къ любви. Если же такъ, то кто ни во что ставитъ гораздо болѣе влекущее къ любви, не любитъ брата, котораго видѣлъ, какъ можетъ быть признанъ истиннымъ, когда говоритъ, что любитъ Бога, Котораго не видѣлъ, который ни въ обращеніи съ нимъ, ни объемлется никакимъ чувствомъ» (бл. Ѳеофилактъ). Рѣчь свою Апостолъ заключаетъ указаніемъ на то, что тѣсная, неразрывная связь любви къ ближнимъ съ любовію къ Богу, составляетъ прямую, положительную заповѣдь Божію (τὴν ἐντολὴν αὐτοῦ), ст. 21.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0